Такое чувство, что где-то внутри меня зачалось и всё растет и растет, поглощая все, разъедая и перерабатывая самое настоящее разрушение, истома, хаос, пропасть... Оно пожирает всего, нарушает, убивает... А я пытаюсь заглянуть внутрь, но вижу только то, что оно и есть - бездна пустоты, которая принимает меня, делает частью от ничто...
Полет, туман, будильник – сон.Кровать, паркет, я - босяком.Мой завтрак, бритва и лосьон,Одежда, плеер, путь витком.Глаза, шаги и стук колёс,Спешат, бегут – наперекос;Реклама, двери, чей-то пёс,Дорога, вуз и шум голос.Студенты, лектор, кабинетТетрадь, конспект, пишу сонет,Звонок, шумы, идут в буфет.Сидят, едят свой студобед…Мой друг, подруга, разговор,Глаза, ужимки, милый спор;Шаги - стучат, на теле - взор,Проход, деревья, арка, двор.Асфальт, цыгане, шум машин,Бульвар, французы, блеск витрин,Друзья, кафе, мельканье вин,Едим, смешим – всё без причин.***Мой дом, усталость, душ, паркет,Следы, кровать, Деблин Альфред –Страницы, фразы, букв просвет,У нас с романом тет-а-тет.Ноутбук, инет, контакт, журнал,Друзья, рассказы… я устал,Паркет, полночный ритуал,Кровать, подушка, сон, – провал…
"Низкие потолки… В этой комнате слишком низкие потолки", – в голове Тоби ещё играли отголоски гашиша. Он посмотрел на Фея: это прозвище подходило парню, являвшему собой смесь Ильи Лагутенко и солиста группы BrainStorm – наверное, только так и могла выглядеть фея в мужском лице… Фей ловко и почти бесшумно водил по столу кредиткой, разделяя кучку белого порошка на аккуратные дорожки.
Тут же рядом с ним сидела девушка в очках, со очень светлыми волосами, которой почему-то дали прозвище Баржа.
- Вика, а что это вообще за квартира? – спросил Тоби, оглядывая довольно хорошее помещение с красивой планировкой.
- Одного парня… - начал говорить девушка слегка заторможенным голосом, - Он сейчас в Крестах. Богатая мама-нефтяной-магнат купила любимому сыночку большую квартиру в Питере и оплатила учебу. А этот сыночек познакомился не с теми людьми и устроил здесь настоящий притон – пока его не забрали. - Вика выпустила несколько колец дыма. - Мать до сих пор не знает, где он…
Тоби взглянул на занавески, на небольшую лампу в зеленом абажуре на полу коридора: "Интересно, за квартирой всё ещё смотрят".
"Ну, вот и готово, - заключил Фей, махом скрутив из десятирублевой купюры трубочку, - Кто первый?"
Тоби откинул голову вверх – потолки начали давить ещё больше... К столу по очереди подошли Рома, затем Большой Женя… "Странно, - подумал Тоби, - А ведь я только лишь должен был посмотреть ребятам эту квартиру на ночь. И как же всё оборачивается…"
- Ты идешь? – завывающе спросил смешной Фей.
- Слушай, - начал отвечать Тоби несмело, - Ведь одно дело – покурить травку, и совсем другое – вот это…
- Так что же – ты в первый раз что ли? – лицо Фея как немного исказилось. Секунду подумав, он разделил дорожку на две поменьше, - Одну в первую ноздрю, другую – во вторую, - сказал он спокойным голосом.
Тоби медленно подошел к столу; белый порошок отдавал серебристым цветом. Думать обыденно было трудно: уже выкуренная ранее травка порождала самые причудливые комбинации мыслей. "20 процентов реальности, - поток рассуждений о сенсорном восприятии мира начал уносить Тоби, - Если только 20 процентов реальности мы способны получить из мира ввиду ограниченности устройства наших глаз, ушей – вообще, всех рецепторов, то 80 процентов - это только иллюзия, то, что мы хотим видеть, думать, чувствовать. Порождение нашего мозга, созданное, чтобы не спалить наши органы восприятия; иллюзия в квадрате, - Тоби взял скрученную купюру, - Откуда тогда мне знать, что то, что я вижу – это то, что вижу я, а не что-то иное. Откуда мне знать, что всё это – не одна большая иллюзия, созданная разумом, поставленным в четкие границы придуманной кем-то реальности, - Тоби взглянул на две белые дорожки, - Возможно, что всё выглядит и существует совершенно иначе, чем кажется мне или кому-либо другому; тогда что стоит этот шанс – шанс увидеть реальность…"
"Парень, не загоняйся, получи удовольствие!" - заключила Вика-баржа своим слегка басовым голосом. Тоби ещё секунду подумал, а затем одним махом втянул в себя обе дорожки.
В голову сразу ударило жжение, слизистая носа начала медленно разъедаться, впуская в организм разрушительные вещества, призванные сначала освободить человека, а потом убить его – медленно и верно. Реальность может причинять боль, пожалуй…
* * *
А потом весь мир закрутился, завертелся в невообразимом танце под звуки баса огромных клубных колонок, чьи вибрации, казалось, проникали не только в тело, но и в самую душу. Этот мир впускал в себя полностью, принимал до конца, предоставляя одним разом всё: счастье, любовь, радость – весь спектр самых приятных чувств и ощущений. И если раньше реальность казалось иллюзией, то теперь всё стало наоборот: иллюзия превратилась в реальность – самую настоящую…
* * *
А ещё позже был «отходняк». И всё казалось ужасным, уродливым и ненужным. Тело непроизвольно стонало… А может, не только, или даже не столько тело, – а что-то совсем другое, что-то глубже и непонятнее.
Тоби ехал в метро домой и считал на пальцах, сколько нервных клеток мозга было убито этой ночью. Пальцев явно не хватало…"Пожалуй, реальность может и убивать… А может и смерть – тоже иллюзия, ошибка восприятия? – Тоби зло усмехнулся, - Но что же тогда – жизнь?"
А между тем, реальность когтями цеплялась в самый мозг, втаскивая по мысли обратно, всасывая в себя кусками и обрывками, разрывая на части между разными мирами и восприятиями. И чем бы не являлась эта реальность, она совершенно точно не хотела выпускать из себя ни на один дюйм, признавая лишь абсолютную монополию на себя во всём. Хотя возможно, и это была лишь только иллюзия…
Ты чувствуешь это? Оно как будто даже есть в воздухе, наполняет его, делает упругим и вязким… Ты видишь это? Что-то такое мимолетное, полупрозрачное, такое непостоянное и хрупкое… Ты слышишь это? Оно пульсирует, течет, сокращается и расширяется вновь… Ты знаешь, где это?
Ты чувствуешь – меня?...